05 Март

Поэтика 90-х Ильи Хотиненко

Ilya-Hotinenko

А.С.: Какого числа у вас премьера?

И.Х.: 16го октября, в «Художественном», в девять вечера.

А.С.: Круто. Илья, скажи, что это за проект, как он возник?

И.Х.: Ну, он такой длинный проект-то... Я лет пять писал сценарии. То есть, это были такие зарисовки моих воспоминаний о конце 80-х начале 90-х. Я их оформлял в какие-то записи и складывал. Обращался к разным сценаристам с просьбой помочь мне все это систематизировать в цельное высказывание, которое потом, в итоге, как-то собралось, и тут появился Александр Шейн, которому я все это и показал. Мы подумали, что это забавно будет материализовать... Потом как-то Члиянц помог, пошел нам на встречу, и мы айда снимать все это!

А.С.: А сколько стоил фильм?

И.Х.: Бюджет скрывает Члиянц, но весьма дешево, по-моему, тридцать две тысячи долларов. Кинопленка 35мм, звук для большого экрана... Это было таким моим рекордом – мы договаривались о тридцати тысячах, а уложились в тридцать две.

А.С.: Фильм вышел куда-то?

И.Х.: Мы показали его на Московском фестивале, вне конкурсной программы. Свозили его в Америку, там он даже как-то покрутился и на этом растворился.

А.С.: Что значит «покрутился по Америке»?

И.Х.: Его показывали на каком-то местном телевизионном канале.

А.С.: Он там имел успех?

И.Х.: Какой-то успех он, видимо, имел, потому что раза три я на него натыкался в программке.

А.С.: В чем суть этого проекта?

И.Х.: Мне казалось любопытным то, что я знаю некую другую форму жизни, инопланетную совершенно, о которой никто не знает, и мне захотелось ее транслировать.

А.С.: Что за форма?

И.Х.: Это отдельный мир, это чуть другие правила жизни, другая система взаимоотношений между людьми, другие ценности какие-то... Не знаю...Ну, в общем, все иное. Как бы то же самое, только инопланетяне. Например, внешний вид: очень важен костюм «adidas», важно как его носить, какой он.

А.С.: Кто твои герои, это реальные люди?

И.Х.: Да, реальные люди, которых я знаю и которых я даже мог бы привести...

А.С.: Нет, спасибо. Они будут на премьере?

И.Х.: Нет, их не будет на премьере, они живут в Сибири. Это екатеринбургские аутентичные парни. Сам я жил в Екатеринбурге в конце 80-х начале 90-х и вот столкнулся с ними...

А.С.: Это как-то связано с Борисом Рыжим?

И.Х.: Борисом Рыжим? Я не знаю такого человека.

А.С.: Это такой поэт екатеринбургский.

И.Х.: А... который застрелился потом...

А.С.: Повесился.

И.Х.: Или повесился... Что-то с ним случилось... Это же прекрасный поэт вообще! У меня даже есть некий этюд на его стихи. Уже забыл кто такой Рыжий, сказал что не знаю... Но, все-таки, это никак не связано, я недавно узнал о его существовании, года два назад.

А.С.: У него же тоже такая поэтика 90-х. Итак, Екатеринбург 90-е...

И.Х.: Фильм называется «Восемьдесят девятый». Этот период, 89е-90е, такой переходный и мне захотелось поделиться вот этой возможной формой жизни...

А.С.: Актеры московские?

И.Х.: Да, нынче все известные - Игорь Волошин, Петя Бусов, Маша Шалаева... Я звал своих каких-то знакомых, которые, как мне казалось, более-менее в теме. Ну, которые немного представляют себе, как выглядят, например, производители какого-нибудь винта. Представляют как из султана выгнать эфедрин, чтобы получился эфедрол... То есть, они должны были с этим как-то сталкиваться. Поэтому Игорь Волошин играет роль варщика, изготовителя самодельных амфитаминов. Шалаева в принципе интегрирована в какие-то такие круги...

А.С.: Скажи, но каким же все-таки образом москвичи смогли так перевоплотиться?

И.Х.: У меня даже есть ощущение, что через чур. Меня даже спрашивали, тогда еще десять лет назад, документальные ли это съемки. Любимова теперь как не встретишь, он все в адидасе ходит, даже татуировку «adidas» себе сделал.

А.С.: А продюсерами, значит, были Шейн и Члиянц?

И.Х.: Совершенно верно, они были такими инициаторами.

А.С.: А Шейн в фильме не играл?

И.Х.: Шейн играл, у него есть небольшой эпизод. Он в норковой шапке, в валенках топит главного героя в реке, Андрея Щинникова. И я рядом, помогаю ему. Андрей Щинников мало где снимался, сейчас стал священником...

А.С.: Скажи, это был твой первый полнометражный опыт?

И.Х.: Ну почему, я снимал уже что-то до этого. Я же просто чего-то снимаю и снимаю, и мне почти все равно, что снимать, это не имеет значения. Я работаю на заказных проектах, могу сам сгенерировать какую-нибудь идею. Для меня нет такой особой разницы...

А.С.: А для кого ты сейчас работаешь?

И.Х.: Сию секунду? Сейчас какой-то сериал для канала Россия. До этого был сериал для канала РенТВ. Вот, два сериала снял в своей жизни, попробовал...

А.С.: И как?

И.Х.: Ну, это интересно. Посмотрев, например, «Декстера» (американский телесериал канала Showtime, основанный на романе Джеффри Линдсея «Дремлющий демон Декстера» - прим. ред.) хочется подобное и сюда притягивать. Но пока это сложно делать. Формат каналов, видимо не пропускает слишком жесткие идеи.
А.С.: Извини, я не в курсе твоей фильмографии... но, в этом смысле, я люблю такие интервью, когда ничего не знаешь про героя и поэтому разговор реально интересный получается. То есть, до этого у тебя уже были фильмические проекты?

И.Х.: Учась во ВГИКе, я снимал какие-то короткометражные работы, но они в итоге оказались бессмысленными в плане какого-то продвижения или роста. Их надо либо таскать по каким-то фестивалям, как делал мой сокурсник Саша Кот. У него была работа, «Фотограф» называлась... Десять минут идет. Вот он ее везде возил, и в конце концов ее заметил Сельянов, дал ему денег, и Саша стал снимать «Ехали два шофера». Это был длинный и мучительный путь Александра Кота. Мне вот это все не понравилось, поэтому я собрал все свои короткометражки, придумал как их объединить, доснял некие вставки между ними и, назвав это все фильмом «Новости», привез на Кинотавр. Фильм был совершенно ужасный, он оказался слишком странным. Замечательную статью про него Плахов написал, но это не важно, потому что я тут же получил заказ на еще один полнометражный фильм (так как полный метр я уже делал, продюсеры легко на это пошли). То есть, я просто сократил маршрут Александра Кота до дистанции решения этого вопроса за несколько месяцев. Потом я снял еще один заказной фильм... Для Борисевича, тогда еще начинающего продюсера, никому не известного торговца пиратским видео, это было продюсерским дебютом. Он мне сказал: «Ты знаешь, почему я тебя покупаю? Потому что у тебя уже есть полный метр, и ты примерно знаешь как это делать. А еще, потому что ты – Хотиненко. Какая разница - Владимир Хотиненко, Илья Хотиненко... Вот смотри, есть актеры, есть бабло...» и достал из багажника практически бюджет фильма. Там какие-то смехотворные тысяч шестьдесят долларов наличными, он ведь видео пиратством занимался, поэтому у него были только наличные. В общем, он такой... готовил обеды для киногруппы - варил со своей мамой и женой сосиски прям рядом со съемочной группой, на костре.

А.С.: Борисевич?

И.Х.: Да, Борисевич. Очень волновался по поводу того, что не понимает, на что мы тратим деньги, всех нас отслеживал.

А.С.: А как фильм назывался?

И.Х.: «Лицо французской национальности». Там снимались Майсурадзе и Анна Михалкова, а еще, в эпизоде, Мерзликин, который просто устроился к нам постановщиком работать, помогал красить стены для декораций, а мы заодно его и подсняли. А теперь Борисевич кассету выпускает, там крупно «Мерзликин» на обложке написано. Официально фильм стоит миллиона два что ли, а на самом деле мы его сняли за шестьдесят тысяч.

А.С.: Миллиона два долларов?

И.Х.: «Два или полтора» - Борисевич так шутит.

А.С.: А вот этот фильм сколько официально стоит?

И.Х.: Полмиллиона что ли...

А.С.: Ты такие тайны раскрываешь, ничего не боишься, нормально?

И.Х.: Да, нет... мне все равно.

А.С.: Скажи, ну, это было десять лет назад, а сейчас ты бы снял фильм за тридцать тысяч?

И.Х.: Сейчас? Сложно сказать. Деньги другие чуть были, все же...тридцать тысяч тогда – это сейчас двести или триста наверное...

А.С.: Ну, сто пятьдесят-двести...

И.Х.: Да, я думаю можно снять. Берем фотоаппарат и снимаем, технологии же тоже упростились. Это тогда мы покупали какую-то списанную черно-белую пленку. Последнюю партию взяли. И кто-то где-то еще стырил банку кодака. У нас была только одна кассета заряжена этой единственной банкой, благодаря которой у нас в фильме появились цветные вставки. Так получалось - когда заканчивалась черно-белая, долго было перезаряжать и нужно было доснимать сцену, мы заряжали цветную. Это не было сверх замыслом. То есть, в этом была какая-то такая игра...

А.С.: У тебя такой чуть-чуть авантюрный подход к режиссуре, да?

И.Х.: Ну, да, конечно. Потому что я не взаправдашний режиссер, я только делаю вид. Мне просто интересно войти в этот процесс поглубже, закрепиться в нем и получить от него все, что возможно.

А.С.: А что возможно?

И.Х.: Ну, какие-то максимальные удовольствия... Раньше, например, мне очень нравились всякие премьерные мероприятия. Я менял часть гонора на премьеру. Я как-то снял такой фильм «Золотой век». Его финансировали Оля Орлова, певица из группы «Блестящие» и ее муж, Карманов. Мы позвали сниматься всяких звезд, времена были голодные – все согласились. И я выменял часть гонорара на пышную премьеру. Для меня был важен некий перформанс: вся Пушкинская площадь в фейерверках, в каких-то каретах... Или для меня было важно какое-то нереальное количество массовки. Например, человек пятьсот, одетые в костюмы 18-го века... Или карета, запряженная шестеркой. И когда каскадеры сходят с ума, чтобы развернуть эту шестерку лошадей на дубль, но это все равно происходит... Вот этот момент, он важнее результата. А других вариантов и нет. Иначе это все превращается в нечто очень тяжелое.

А.С.: А как же миссия?

И.Х.: Нет, ну это мрачно. Надо нести какую-то мысль, как-то ее лелеять, пестовать свою персону...

А.С.: Да, болезненный эгоцентризм.

И.Х.: Меня вообще все это очень пугает. Я хочу это прям срезать, срезать, срезать всеми возможными способами. То есть, я как бы ускользаю от этого момента.

А.С.: Таким образом, мы подходим к премьере, которая будет 16-го октября, ее ты на что променял?

И.Х.: На деньги, как всегда, традиционно. Мы с Александром Шейном решили как-то сгладить острые моменты, в частности не полную уплату моего гонорара, тем, что мы проворачиваем такую операцию - вытаскиваем фильм, который давно утонул, на мой взгляд не совсем заслужено, поэтому, мне кажется, его можно хоть чуть-чуть покрутить, ведь про него совсем никто не знает. Смешная получилась поделка... Такой веселый кошмар...

Колонки

  • yl2
    Юрий Лейдерман
  • tutkin
    Алексей Тютькин
  • zhizn-poeta
    Жизнь поэта
  • marchenkova
    Секс.Виктория Марченкова
  • gavrilova
    Ландшафт. Софья Гаврилова
  • rada-landar
    Отрадные истории
  • ab
    Поздно ночью с А.Баевер
  • maria-fedina
    Из гроба. Мария Федина
  • vs
    VS
  • lyusya-artemeva
    Синяя Птица